В Беларуси девушек бросают в тюрьмы из-за участия в женстком марше — рассказ задержанной

29.09.2020   13:49    561

Протесты в соседней Беларуси со временем ушли с повестки дня в Украине, однако белорусы продолжают бороться за свой выбор и за свою свободу.

«Телеграфу» удалось связаться с девушкой из Минска, которую задержали на митинге и арестовали на 11 дней, четыре из которых она провела в «Окрестино» — так белорусы называют изолятор на переулке Окрестина, который стал настоящим адом для сотен граждан, ставших жертвами пыток и издевательства со стороны ОМОНа.

Наталье 27 лет, она аудитор в крупной международной компании.

— В этом году я два месяца прожила в Киеве и осознала, что значит дух свободы. Когда начались выборы в Беларуси, я поняла, что хочу такой свободы здесь, — рассказывает изданию Наталья. — Мне хочется дышать свободой и я решила для себя, что должна сделать все от меня зависящее. Когда я увидела зверства, которые происходят у нас на улицах то ещё больше подкрепила свое решение. В целом мне хочется свободы и справедливости для себя, своих друзей и родных, для нашей нации. Это и стало причиной выхода на улицу.

С момента освобождения девушки из тюрьмы не прошло и недели.

— 11 суток моей жизни были отданы тюрьме, 4 — «Окрестино», остальное — тюрьма в Жодино. Причиной тому стали мои политические убеждения. Я была задержана на женском марше в Минске 12 сентября. Физическое насилие ко мне не применяли, поэтому, физически я полностью здорова, но задержания в целом были брутальные. Ко мне не применяли насилие только потому что я сама пошла в автозак.

— Я не жалею ни капли о том, что я оказалась в тот момент на марше, потому что я знаю за что я была там и я тверда в своих убеждениях. Сожалею только о том, что кто-то решил за меня и за сотни других людей, как мы должны провести эти от 9 до 15 суток и беззаконно осудил каждую из нас. Мы не преступники, мы не должны были сидеть в тюрьме, но кто-то решил это в обход законных оснований.

— Кто вместе с вами попал в застенки?

— Юристы, аудиторы, директора, топ-менеджеры, дизайнеры, архитекторы, специалисты в IT индустрии, бизнес-аналитики, банкиры, иллюстраторы и множество других достойных людей, место которым не в тюрьме! Но кого это интересует, когда в стране беззаконие? Чтобы было понятнее — по протоколу я не аудитор, а «работник кухни», образование у которого «ноль».

— Какой смысл в таких манипуляциях?

— Это реальность, которая потом перерастает в статистику и картинку для ТВ о том, что протестуют наркоманы, проститутки и безработные.

Этот стикер про Наталью нарисовали ее друзья

— Суд был превращен в цирк для каждой из нас, — продолжает Наталья. — Надо ли говорить про подставных свидетелей, которые путаются в показаниях, и сидят в суде в балаклавах, про судей, которым плевать на законы и т.д. Я не жалею, что именно я была осуждена на эти 11 суток, потому что я способна выдержать это, что в принципе и произошло. Я не сломалась, как кому-то может показаться, и не сломалась ни одна из нас, кто находился в тех стенах, потому что страшно не быть в заточении 11 суток, страшно жить в этом аду, беззаконии, которое происходит сейчас. С момента моего задержания и до суда я за себя не волновалась, я волновалась за подругу, которая была вместе со мной, но нас разъединили и о ее дальнейшей судьбе мне было не известно в тех условиях, я беспокоилась, чтобы только она не была задержана. Я беспокоилась за родных и близких мне людей, потому что я не представляю, что они пережили за то время, что я находилась на Окрестина, где еще месяц назад происходили массовые избиения и пытки таких же белорусов. Переживала за близких, которые не знали, что происходит за высокими стенами, которым не сообщали время судов и так далее. Относительно самой себя я не боялась, а осознавала место, в которое попала и никакие запугивания и психологическое давление на меня не оказывали влияния в момент моего нахождения там..

Немного «голых» фактов:
1. На суде мой свидетель называл разные места, в которых меня задерживали, он терялся в показаниях, лжесвидетельствовал против меня (как и против других девочек). Им оказался сотрудник РУВД, которого я опознала. Он ознакамливал меня с протоколом и в суде его личность была, якобы, засекречена. Я получила огромнейшее удовольствие, когда в суде мой адвокат назвал настоящее имя свидетеля и я увидела напуганные глаза, которые «ушли» куда-то высоко-высоко. С этим «свидетелем» мы еще встретимся в суде в свободной Беларуси. Судья, закрыв глаза на все материалы дела, которая дала мне 11 суток, тоже опознана и тоже обязательно будет отвечать перед законом.

2. ЦИП на Окрестина. Сотрудники «Окрестино» — цепные псы. Как только получат приказ — будут исполнять. Все, что нужно знать об этом месте. Больше суток мы не ели и не пили. Еду было невозможно есть. Воду нам не давали, в камере есть водопровод, но вода такая отвратительная, что пить ее невозможно. В целом на нас оказывали психологическое давление, бросались наводящими страх фразами, показывали различные жесты. На это просто не надо обращать внимание, не подпускать близко к сердцу и не поддаваться страху.

3. Жодино. Сотрудники тюрьмы даже разговаривали с нами (в отличие от «Окрестино», для которых мы были ни то животными, ни то вообще непонятно кем). В Жодино вкусно для таких мест кормили (вкуснее чем в больнице) и персонал более внимательный и человечный. Можно было попросить, например, средства для дезинфекции в то время как на «Окрестино» всем было плевать.

4. Стены тюрьмы никогда не видели такой концентрации мозгов. Я проводила время в компании крутых людей. Мы много общались, смеялись, занимались спортом насколько это было возможно в камере, книги читали, рассказывали друг другу о путешествиях, спали и в целом нам было очень уютно и комфортно в компании друг друга. Мы завели множество знакомств и готовы поддерживать друг друга и помогать в дальнейшем.

5. Никто не сломлен. Ни одну из нас не удалось сломать, я остаюсь тверда в своих убеждениях и мыслях. Все, что сейчас происходит, еще больше разжигает ненависть к власти среди мирного населения. На место одного задержанного приходит 10 человек родных, друзей, товарищей, коллег. Все, кто был задержан, еще больше понимают и осознают, что так жить нельзя и в этой системе существовать больше невозможно. Не хочу никого обидеть, но если кто-либо думает, что его это никогда не коснется и они смогут так вот и дальше сидеть и в стороне наблюдать — они ошибаются. Это коснется каждого. Не вас, так ваших друзей и родных, ваших детей, ваших внуков. Нация воскресла, народ осознал, что он народ. Мы все будем жить в аду под названием «Окрестино».

— Как вам удалось психологически выдержать 11 дней в тюрьме?

— В момент задержания и на протяжении всего ареста я не чувствовала страха. Я испытывала чувство беспокойства за свою подругу и своих родных, но не за себя, за себя я была спокойна. Мой мозг «сработал» в тандеме со мной, он включил защитную реакцию. Я не могла думать о доме и скучать, просто не выходило, я не могу это описать. Я не испытывала эмоций и чувств относительно происходящего, я поддалась системе в этот момент и приняла ситуацию таковой, какая она была. Когда я шла на суд, я уже знала каким будет решение, потому что к тому моменту уже была статистика. На суде я была безумно рада видеть своих родных, и испытала истинное удовольствие когда мой адвокат просто положил на лопатки это «правосудие», и когда я получила 11 суток я улыбалась. Мы много шутили с девочками и смеялись, пели песни и развлекали друг друга как могли.

— Что бы вы хотели сказать всем белорусам?

— Мы все с вами заслуживаем быть свободными, и я мечтаю о том, что в скором времени мы проснемся в свободной и счастливой Беларуси! Жыве Беларусь!

Как сообщал «Телеграф», на прошедших выходных силовики снова разогнали акцию протеста в Минске, применив слезоточивый газ и светошумовые гранаты.


telegraf.com.ua

Это интересно:  Война в Нагорном Карабахе – расклад сил и последняя карта боев Армении и Азербайджана 22.10.2020











загрузка...











Adblock
detector