Аристократка порвала с европейской цивилизацией ради закрытой секты суфистов

19.09.2020   05:10    181


Источник фото: gvardiya.ru

История жизни Изабеллы Эберхардт

Источник: zen.yandex.ru

Махмуд зажигает

Ее называли по-разному: и «русской бедуинкой», и «казаком на сахарских просторах», и «загадкой Святой России». Хотя в самой России о ней по сей день написано крайне мало.

И немудрено: России Изабелла практически не знала и свое детство провела в Швейцарии. Семья жила в достатке в Женеве на «Новой вилле». Отец — бывший армянский священник, человек энциклопедических знаний, нигилист и близкий друг анархиста Бакунина. Мать — немецкая аристократка, бросившая ради сомнительного попа мужа-генерала. Впрочем, материально она не пострадала: генерал, умерший вскоре после ее ухода, отписал жене все свое состояние.

Изабелла, младшая из пяти детей в семье, получила блестящее домашнее образование. Она свободно говорила на французском и немецком, знала греческий, латынь, турецкий и итальянский. Как и папа, она увлекалась литературой и философией, разделяла его либеральные идеи социальной справедливости, равенства полов и свободной любви. Время было такое — конец XIX века: девочки, если только их не упрятывали в монастырь, в вольной Европе буквально пропитывались лозунгами суфражисток и эмансипе.

Тем более что папа Изабеллу в этом всячески поощрял, одевая дочку как мальчика и заставляя ее ежедневно заниматься физическими упражнениями, чтобы подготовить к тяготам жизни. Как в воду глядел! В восемнадцать лет дочку охватывает увлечение Востоком. И интересуют ее не тряпки экзотические и не усьма с сурьмой, а вся мусульманская культура.

Это интересно:  Можно ли утеплить дачный деревянный дом, не тратя при этом все деньги мира?

Она обкладывается учебниками и садится учить арабский, чтобы иметь возможность читать Коран в оригинале. Выучила. И тут же начинает штудировать трактаты арабских философов и мистиков. Ее не оторвать от работ Ибн аль-Араби. Вскоре девушка завязывает активную переписку с видными мусульманскими учеными. И мало-помалу приходит к убеждению, что в Европе ей делать нечего. Чтобы понять Восток и прикоснуться к тайнам ислама, нужно жить на мусульманской земле. В одном из писем она так и пишет: «Я хотела бы навечно остаться жить в мире ислама и посвятить свою жизнь служению ему».

Слова эти хоть и не лишены экзальтации, но не расходятся с делом. В 1897 году Изабелла оказывается в Алжире. Алжир в то время — французская колония. В нем, практически не соприкасаясь друг с другом, существуют два мира, две системы — цивилизованный европейский и отсталый туземный. Естественно, колониальное общество ждет, что новенькая изберет для общения свой круг. Но Изабелла упорно игнорирует приглашения на великосветские тусовки, а вскоре повергает всех в шок. Она принимает ислам, берет себе мужское имя — Махмуд Эссади, переодевается в мужское платье и уходит жить к бедуинам.

Отныне она спит под открытым небом, курит гашиш, питается сушеными финиками, носится на быстроногих скакунах и наравне с мужчинами странствует с караванами под знойным палящим солнцем по бескрайним просторам Сахары. На жизнь зарабатывает своим великолепным знанием арабского — пишет на рынках прошения в казенные учреждения для неграмотных арабов. От случая к случаю отсылает репортажи на французском о быте и нравах жителей пустыни в алжирские газеты.

Ей тяжело. Ей очень тяжело. Болят суставы. Изматывают мучительные приступы малярии, которую она подцепила довольно скоро. Иногда, чтобы не лечь спать голодной, ей даже приходится просить подаяние. Но она счастлива. Это та жизнь, которая, по мнению Изабеллы, и давала ей духовный рост. В своем дневнике она пишет: «Эта трудная жизнь в пустыне формирует во мне человека действия, а спартанский образ жизни помогает мне выжить».

Это интересно:  Можно ли утеплить дачный деревянный дом, не тратя при этом все деньги мира?

В своем мужском платье она время от времени посещает мечети, где вступает в долгие яростные дискуссии с исламскими проповедниками. Со многими их установками она не согласна. Ее вольнолюбивой натуре суфражистки претит подчиненная роль женщины. Она искренне полагает, что самостоятельная женщина сама может отвечать за себя и сама решает, как распорядиться своим временем и жизнью. Ей претит, что женщина не должна выходить за пределы узкого, определенного ей круга. Тем не менее она по-прежнему считает, что только мир ислама дает возможность раскрыть себя.

Это интересно:  Можно ли утеплить дачный деревянный дом, не тратя при этом все деньги мира?

«Быть мусульманкой не означает обязательно носить покрывало и закрываться, — пишет она в дневнике. — Эти меры были продиктованы мусульманкам с тем, чтобы обезопасить их от возможного падения и сохранить свою чистоту… Для меня ислам это не смена костюма, как делают это некоторые, подстраивающиеся под арабов, а самая высокая религия».

Дмитрий Лычковский, «Патрон» — специально для «Новости Ю»












загрузка...










Adblock
detector